III. История мусульманской экзегетики во II—IV вв. х. / VIII—X вв. н.э.

Опубликовано в Коранические науки

II и III столетия хиджры (VIII—IX вв. н.э.) как в истории мусульманской науки, так и в области религиозных школ и течений, были периодом составления сочинений и формирования направлений. В течение этих двух веков, с одной стороны, появились и установились основные существующие до сих пор или существовавшие довольно долгое время богословские и юридические школы, а с другой стороны, теоретические споры, размышление и систематизация в различных областях религиозного знания вылились в возникновение устойчивых научных направлений. Эти преобразования, естественно, коренятся в усилиях, предпринятых в недрах самого мусульманского мира, а на их распространение оказало влияние различие вкусов и стилей. При этом не следует слепо полагать, что близкие взаимосвязи мусульман с учёными, исповедующими другие религии, а также переводческое движение также повлияли на этот процесс. На основании всего сказанного выше, в настоящем разделе исследуется место и роль коранической экзегезы в формировании как научных направлений, так и религиозных течений и школ.

1. Экзегетика в богословских кругах

В числе мусульманских наук, начавших формироваться в середине II в. х. / VIII в. н.э., важное место заняло богословие (‘илм-е калам), а поскольку богословские споры неизменно опирались на разум и текст, различные интерпретации Корана играли здесь основополагающую роль.

Первые учёные, занимавшиеся составлением богословских сочинений, основатели школы му‘тазилитов Васил б. ‘Ата’ и ‘Амр б. ‘Убайд (ум. 144 г. х. / 761 г. н.э.) проявляли склонность и к экзегетике. ‘Амр б. Фа’ид Асавари (ум. после 200 г. х. / 815—816 г. н.э.), ученик ‘Амра б. ‘Убайда, тоже составил комментарий, который, несмотря на относительную тематическую независимость, представлял собой сочинение, написанное всё в том же стиле сохранившихся тафсиров учеников последователей, и в течение некоторого времени вызывавшее интерес не только у му‘тазилитов (ссылки у суннитов см.: Табари. Тафсир 10, с. 106, 148 и далее; Киртаби 1, с. 146, т. 8, с. 106; ссылки у имамитов см.: Туси. ат-Тибйан 2, с. 416; у ибадитов: Ибн Джа‘фар 1, с. 91). Из числа учёных, связанных с му‘тазилитами, Зарар б. ‘Амр (ум. 180 г. х. / 796 г. н.э.) и Абу Бакр Асам (ум. 200 г. х. / 815—816 г. н.э.) создали труды с названием «Тафсир» (Ибн ан-Надим, с. 36, 214, 215). Комментарий Асама был одним из источников Са‘лаби в его ал-Кашфе и ал-Байане (см.: Са‘лаби 3, с. 169, 248 и далее).

1.1. Му‘тазилиты и жанр муташабих ал-Кур’ан (неясные айаты Корана)

С вступлением в III столетие хиджры (IX в. н.э.) му‘тазилиты оставили методологию, воспринятую ими от Хасана Басри, и, сделав краеугольным камнем кораническое выражение «сходные по смыслу» («неясные», муташабихат), сосредоточили свои комментарии на аллегорическом толковании этих «сходных по смыслу» айатов. В числе первых сочинений подобного рода необходимо указать ар-Радд ‘ала-л-мулхидин фи муташабих ал-Кур’ан [Опровержение неверующих в неясные айаты] Мухаммада б. Мустанира Киртаба (ум. 206 г. х. / 821—822 г. н.э.), грамматика-му‘тазилита из Басры (Ибн ан-Надим, с. 58, а также 41. Ср.: Ибн Тавус. Са‘д, с. 270). В богословских кругах му‘тазилитов такие учёные, как Бишр б. ал-Му‘тамир (ум. 220 г. х. / 835 г. н.э.), Абу-л-Хузайл ‘Аллаф (ум. 230 г. х. / 844—845 г. н.э.), Джа‘фар б. Харб Хамадани (ум. 236 г. х. / 850—851 г. н.э.), а в конце столетия и Абу ‘Али Джабайи (ум. 303 г.х. / 915—916 г. н.э.) составили сочинения с заголовком Муташабих ал-Кур’ан (Ибн ан-Надим, с. 39, 41, 205, 213). Китаб ал-маса’ил фи-л-Кур’ан [Книга о трудных местах в Коране] ‘Амра б. Бахра Джахиза (ум. 255 г.х. / 865 г. н.э. Там же, с. 41, 210) и Китаб ат-та’вилат [Книга аллегорических истолкований] Хусейна Наджжара (ум. ок. 220 г. х. / 835 г. н.э.), последнего учёного, связанного с му‘тазилитами (Там же, с. 229), следует отнести к той же группе сочинений.

В IV в. х. / X в. н.э. к подобного рода сочинениям можно добавить такие труды, как Муташабих ал-Кур’ан Кази ‘Абдаллаха б. Ахмада б. Зайда (первая половина столетия. Там же, с. 219), одноимённое произведение Абу ‘Умара Ахмада б. Мухаммада б. Хафса Хилала (середина столетия. Там же, с. 222), а также Муташабих ал-Кур’ан (изд. Каир, 1966) и Танзих ал-Кур’ан ‘ан мута‘ин [Очищение Корана от скверных слов] (см. Список источников) Кази ‘Абд ал-Джаббара Хамадани (ум. 415 г. х. / 1024 г. н.э.). Кази ‘Абд ал-Джаббар указывает на необходимость знания аллегорического истолкования неясных айатов, а обращение к Корану без этого знания считает основой неверного понимания данных айатов и причиной впадения в заблуждения (Танзих, с. 7).

Представляется, что сочинения с названием Муташабих ал-Кур’ан, будучи сосредоточенными на богословских взглядах му‘тазилитов, а также их расхождениях с другими религиозными школами, носили характер своего рода «символа веры», и именно поэтому к ним не обращались комментаторы других богословских школ. Мы знаем, что и Джафар б. Харб, и Джабайи в своих Муташабих ал-Кур’ан уделяли особое внимание опровержению взглядов джабаритов — именно поэтому Абу ‘Умар б. Хафс Хилал (ум. после 377 г. х. / 987 г. н.э.) в ар-Радд ‘ала джабарийа [Опровержение джабаритов] цитирует их сочинения (GAS I, p. 619, 622).

В конце IV в. х. / X в. н.э. буидский везирь Сахиб б. ‘Аббад (ум. 385 г. х. / 995 г. н.э.) приложил огромные усилия для возрождения богословия «приверженцев божественной справедливости» (ахл-е ‘адл), выраженного в богословии му‘тазилитов — сам он составил ряд сочинений на эту тему. Так, в защиту учения ахл-е ‘адл и с целью выявления его коранических истоков он составил трактат под названием ал-Ибана ‘ан мазхаб ахл ал-‘адл би худжадж мин ал-Кур’ан ва-л-‘акл [Разъяснение о школе приверженцев божественной справедливости с помощью доводов Корана и разума], который может быть помещён в числе упомянутых выше сочинений (см.: Ака Бузург 1, с. 56—57). Рукопись этого сочинения сохранилась.

1.2. Му‘тазилиты и жанр тафсир ал-Кур’ан (толкование Корана)

Помимо жанра муташабих ал-Кур’ан, на протяжении III в. х. / IX в. н.э. некоторые менее известные му‘тазилитские богословы, например, Касим б. Халил Димашки (ум. ок. 240 г. х. / 854 г. н.э.) и Йусуф б. ‘Абдаллах Шихам (ум. 280 г. х. / 893 г. н.э.), продолжали традицию написания комментариев в стиле предшественников (Ибн ан-Надим, с. 206; Кази ‘Абд ал-Джаббар. Фадл ал-и‘тизал, с. 280). Апогеем этой деятельности в конце столетия стали сочинения выдающихся руководителей басрийской и багдадской школ — Китаб тафсир ал-Кур’ан [Книга толкования Корана] Абу ‘Али Джубайи и Тафсир ал-кабир йа джами‘ ‘илм ал-Кур’ан [Великий комментарий или свод науки о Коране] Абу-л-Касима Балхи (ум. 319 г. х. / 931 г. н.э.) (Ибн ан-Надим, с. 37, 219). Джубайи и Балхи в своих комментариях продемонстрировали умеренный подход, и это послужило причиной того, что учёные других религиозных школ нередко пользовались их трудами. Их широко цитировали имамитские учёные Шариф Рази в Хака’ик ат-та’вил [Истины аллегорического толкования] (с. 67, 202 и далее), Шайх Туси в ат-Тибйане [Разъяснение] (т. 1, с. 9, 20, 102 и далее), Ибн Шахрашуб в Муташабих ал-Кур’ан [Неясные айаты Корана] (т. 1, с. 4, 6, 19 и далее) и Ибн Тавус в Са‘д ас-су‘уд [Удача из удач] (с. 142—183, 192—209), а также аш‘аритские учёные Ибн Фурак (см.: GAS I, p. 622) и Фахр ад-Дин Рази (ат-Тафсир 1, с. 271, 294 и далее).

Сочинения Джубайи и Балхи считались двумя базовыми источниками экзегетики, созданными руководителями басрийской и багдадской школ му‘тазилизма, — во многих работах цитаты из них сравнивались между собой. Абу-л-Хасан Аш‘ари в своём труде, посвящённом экзегетике, тоже подвергал критике оба упомянутых сочинения (GAS. Ibid.). Шайх Туси, сравнивая оба сочинения, отмечает, что Джубайи в своём комментарии больше сосредоточился на богословской проблематике, а Балхи, обратившись к самым разным областям знания, всё же более подробно занимался фикхом и разногласиями факихов относительно коранических айатов (ат-Тибйан 1, с. 1).

На рубеже IV в. х. / X в. н.э. близкий к му‘тазилитским кругам хорасанский богослов и философ Абу Зайд Ахмад б. Сахль Балхи (ум. 322 г. х. / 934 г. н.э.) сделал серьёзный шаг в области мусульманской экзегетики. Относительно толкования Корана он считал, что необходимо считать надёжным внешний смысл Корана и воздерживаться от далёких от него аллегорических толкований в духе эзотериков (Йакут 3, с. 77). Для разъяснения своей теории он написал большое сочинение, посвящённое экзегетике, ал-Бахс ‘ан ат-та’вилат [Спор об аллегориях] (Ибн ан-Надим, с. 153), создание которого пошатнуло его социальное положение (Там же). Некоторые сочинения Абу Зайда, посвящённые Корану, например, Назм ал-Кур’ан [Организация текста Корана] и Кавари‘у ал-Кур’ан [Коран о Страшном суде], вероятно, имели значение и для экзегетики (Там же). Однако то, что сближает стиль Абу Зайда со стилем филологов, как говорил Ибн ан-Надим (Там же), так это приписываемое ему авторство Китаб ма‘ани ал-Кур’ан би вуджухуха ва а‘рабуха ва ма‘аниха ва ихтилаф ан-на’с фиха [Книга о смысле Корана в его «многоликости», огласовках, значениях и разногласиях людей о нём] (см.: Мукаддаси 3, с. 96).

Расцвет му‘тазилитской экзегетической литературы в следующем столетии можно отнести к двум сочинениям — ал-Джами‘ ат-та’вил [Собрание аллегорических толкований] Мухаммада б. Бахра Абу Муслима Исфахани (ум. 322 г. х. / 934 г. н.э.; Ибн ан-Надим, с. 37, 151; ‘Алламе-йе Хилли. ал-Иджаза, с. 131; GAS I, p. 43) и ал-Джами‘ фи тафсир ал-Кур’ан [Собрание толкований Корана] ‘Али б. ‘Исы Румани (ум. 384 г. х. / 994 г. н.э.; Ибн Анбари, с. 218; ‘Аллама Хилли. Там же, с. 134). К обоим сочинениям обращались не только му‘тазилиты, но и имамиты (см., например: Шариф Рази. Хака’ик, с. 92, 95 и далее; Саййид Муртеза. аш-Шафи 2, с. 244, 319 и далее; Туси. ат-Тибйан 1, с. 37, 48 и далее; Ибн Тавус. Са‘д, с. 229—231, 250—252). Среди прочих му‘тазилитских комментариев можно указать на труды Мухаммада б. ‘Абд ар-Рахмана б. Сабра Абу Бакра Ханафи (ум. 380 г. х. / 990 г. н.э.; Ибн Хаджар. Лисан 5, с. 255; Суйути. Табакат, с. 102) и ‘Убайдаллаха б. Мухаммада б. Джарва ‘Арузи (ум. 387 г. х. / 997 г. н.э.; Йакут 12, с. 66; Ибн Хаджар. Там же 4, с. 115; о Каффале Чачи см. далее).

В том же столетии наблюдается усиление интереса му‘тазилитских комментаторов к хадисам и тафсирам, основанным на предании. Одним из признаков этого интереса служит краткая выборка из Тафсира Табари, выполненная му‘тазилитским учёным из Багдада Абу Бакром Ахмадом б. ‘Али б. Ахшидом (ум. 326 г. х. / 938 г. н.э.) (см.: Ибн ан-Надим, с. 37, 221, 292). Составление сокращений существующих комментариев коснулось и более ранних му‘тазилитских тафсиров — так, Мухаммад б. Ахмад Садуси (ум. 367 г. х. / 977—978 г. н.э.) создал сокращённые варианты комментариев Абу ‘Али Джубайи и Абу-л-Касима Балхи (Ибн Фархун 1, с. 314).

1.3. Богословская экзегетика имамитов

В богословской среде имамитов, в кружках, существовавших во II в. х. / VIII в. н.э., обе соперничающие школы обращались к экзегетике. В школе Хишама б. Салима Джавалики (ум. ок. 200 г. х. / 815—816 г. н.э.) последний сам явился автором сочинения, посвящённого экзегетике (Наджаши, с. 434), а в школе его выдающегося ученика Хишама б. Хакама Йунес б. ‘Абд ар-Рахман (ум. ок. 203 г. х. / 818—819 г. н.э.) составил комментарий (Там же, с. 447). Однако также как у му‘тазилитов, в III в. х. / IX в. н.э. эта деятельность пошла на спад и у имамитов — внимание таких богословов конца указанного столетия, как Хасан б. Муса Наубахти, привлекала проблематика неясных айатов (муташабихат) в Коране (см.: Там же, с. 64. Ср.: Ибн Шахрашуб. Ма‘алим, с. 69).

В течение IV в. х. / X в. н.э. имамитское богословие было распространено довольно ограниченно и, естественно, породило незначительное число сочинений по экзегетике. Керманский богослов Мухаммад б. Бахр Рахани (ум. ок. 330 г. х. / 942 г. н.э.) создал разнообразные сочинения по данной тематике, однако ни одно из них не сохранилось. Его Мукаддамат ‘илм ал-Кур’ан [Введение в науку о Коране], вероятно, включало в себя вопросы, связанные с основами экзегетики (см.: Ибн Тавус. Са‘д, с. 227 и далее), а вот два других его сочинения — ал-Бурхан ва-т-талхис [Доказательство и краткое изложение] и ат-Талаххус [Краткое изложение] — были уже целиком посвящены экзегезе (Ибн Шахрашуб. Там же, с. 96. Ср.: Наджаши, с. 384). Авторами сочинений, посвящённых экзегетике, были и такие богословы, как Абу-л-Касим ‘Али б. Ахмад Куфи (ум. 352 г. х. / 963 г. н.э.; Там же, с. 266), Абу Мухаммад б. ‘Абдак Гургани (ум. после 360 г. х. / 971 г. н.э. Туси. ал-Фихрист, с. 194; Наджаши, с. 382) и Абу Мансур Сарам Нишапури (вторая половина столетия. Туси. Там же, с. 190).

В последние годы упомянутого столетия Шайх Муфид основал ещё одну богословскую школу, внимание которой не было настолько сосредоточено на вопросах экзегетики. Он составил только один трактат, опровергающий некоторые взгляды, изложенные в комментарии Абу ‘Али Джубайи (Наджаши, с. 401). В числе заметных фигур, которые, с одной стороны, присоединились к данной школе, а с другой стороны, сохраняли прочные связи с литературными кругами, необходимо указать Шарифа Рази (ум. 406 г. х. / 1015—1016 г. н.э.) — его Хака’ик ат-та’вил [Тонкости аллегорического толкования] явилось образцом объёмных сочинений, посвящённых неясным айатам Корана (муташабихат), которые были созданы в имамитской среде. В настоящий момент от этого труда до нас дошёл только его пятый том (см. Список источников).

1.4. Богословская экзегеза суннитов (ахл-е суннат ва джама‘а)

С формированием в III в. х. / IX в. н.э. богословского направления в суннизме можно было ожидать появления целого ряда новых комментариев богословского характера. Вместе с тем ни Ибн Куллаб, ни Хусейн Карабиси не предпринимали никаких усилий в данном направлении. Единственным заслуживающим упоминания источником в этой области является Китаб фахм ал-Кур’ан ва ма‘аниху [Книга о постижении Корана и его смысла] Хариса б. Асада Мухасиби (ум. 243 г. х. / 857 г. н.э.), который на основе экзегетического подхода приступил к рассмотрению взаимосвязи между кораническими айатами: следуя тематическому принципу, он искал в Коране такие мотивы, как теодицея и достоинство разума (с. 263, 266 и далее), а также с позиции своих богословских взглядов опровергал воззрения прочих богословских школ, в особенности му‘тазилитов (см. указанное сочинение).

В первой половине IV в. х. / X в. н.э. создатели обоих направлений суннитского богословия, Матуриди и Аш‘ари, проявляли интерес к мусульманской экзегетике. Абу Мансур Матуриди (ум. 333 г. х. / 944 г. н.э.), выходец из ханафитской школы суннитов в Мавераннахре, приступил к написанию книги Та’вилат ал-Кур’ан [Аллегории в Коране] — по стилю этот труд сходен с му‘тазилитскими сочинениями, посвящёнными неясным айатам в Коране (муташабихат), и содержит аллегорическое толкование айатов, избранных в соответствии с личным вкусом автора. Последний основой толкования полагает разум, опору на который он считает защитой от ошибочного толкования с помощью своего личного мнения (тафсир би-р-ра’й). Однако в то же самое время Матуриди обращается к высказываниями асхабов и их последователей (таби‘ун), не упуская случая процитировать их в своём комментарии (см. указанное сочинение). Подобная тенденция к сочетанию разума и мусульманского предания является важной особенностью, ставящей этого суннитского богослова выше предшествовавших ему му‘тазилитских мутакаллимов.

Абу-л-Хасан Аш‘ари (ум. 334 г. х. / 945 г. н.э.), богослов, выходец из му‘тазилитской среды г. Басры, основатель школы аш‘аритов, приступил к написанию книги, посвящённой толкованию Корана — в этой работе он опровергал взгляды му‘тазилитов, особенно воззрений Абу ‘Али Джубайи и Абу-л-Касима Балхи, изложенных в их комментариях (Ибн ‘Асакир. Табйин, с. 136—137). Считается, что это сочинение состояло из 100 глав и не охватывало суры, следующие за сурой «Пещера» (№ 18) (Кази Айаз 5, с. 27). Поздние аш‘аритские авторы, например, Ибн Фурак и Ибн ‘Асакир, цитируют этот труд (см.: Ибн ‘Асакир. Там же, с. 136 и далее; Каусари, с. 136).

Малоизвестный аш‘аритский учёный Мухаммад б. ‘Абдаллах б. Сулайман Са‘ди (ум. 370 г. х. / 980—981 г. н.э.) написал три сочинения по экзегетике — одно из них довольно пространное, другое краткое, а третье среднего объёма (Суйути. Табакат, с. 103). Ещё одним экзгетическим сочинением аш‘аритского круга, составленным теоретиком данной школы, был труд Абу Бакра Ибн Фурака Исфахани (ум. 406 г. х. / 1015—1016 г. н.э.). В этом труде автор, как и в своей сохранившейся до наших дней работе Мушкил ал-хадис [Трудности хадисов], рассуждает о трудных местах Корана (ср.: Ибн Хайр, с. 69). Представляется, что отрывок одного из экзегетических сочинений Ибн Фурака, хранящийся в стамбульской библиотеке Файзаллаха (GAS I, p. 611), отрывок, хранящийся в библиотеке ‘Атифа Эфенди под названием ал-Айат ал-муташабихат [Неясные айаты] (Зерекли 6, с. 86), а также неоднократно цитируемое Киртаби экзегетическое сочинение (т. 1, с. 231, 297 и далее) являются частями упомянутого выше труда.

Удивительно, что кроме упомянутых отрывков не сохранилось ни одного сочинения ранних аш‘аритских богословов. Представляется, что данное обстоятельство связано с идеологической эволюцией школы аш‘аритов, а также подозрительным отношением поздних аш‘аритов к экзегезе своих предшественников, в которой изобиловало аллегорическое толкование.

2. Экзегетика в кругах правоведов

Одним из первых видов экзегетической литературы были сочинения с общим названием Ахкам ал-Кур’ан [Предписания Корана], писавшиеся на базе юридического подхода к пониманию Корана. Надо сказать, что в предшествующие столетия обращение факихов к коранической экзегезе ограничивалось айатами, содержащими юридические нормы. Это создало предпосылки для составления многочисленных трудов, имеющих заголовок Ахкам ал-Кур’ан. Этот вид тафсира, который следует отнести к категории тематических комментариев, появившись в III в. х. / IX в. н.э., продолжает своё существование вплоть до настоящего времени.

Начало создания сочинений с заголовком Ахкам ал-Кур’ан в середине II в. х. / VIII в. н.э. связано с именами факихов-традиционалистов Мухаммада б. Са’иба Кальби и Мукатиля б. Сулаймана Балхи. В последние годы упомянутого столетия Йахйа б. Адам и Мухаммад б. Идрис Шафи‘и продолжили эту традицию, а в следующем столетии помимо традиционалистов, например, Абу Саура Ибрахима б. Халида, Кази Йахйи б. Аксама, ‘Али б. Хаджара Са‘ди и Дауда Исфахани, основателя захиризма, учёные-маликиты Ахмад б. Ма‘зал, Кази Исма‘ил б. Исхак, Ахмад б. Мухаммад б. Бакир, а также представители других религиозных течений, например, ханафит ‘Али б. Муса Куми и ибадит Абу-л-Му’ассар Силлат б. Хамис, создали сочинения подобного плана (подробнее см.: ХД 6, с. 679—680).

Юридический подход к комментированию Корана редко можно обнаружить за пределами сочинений типа Ахкам ал-Кур’ан. В числе подобных редких случаев можно указать на ар-Рисала [Послание] Мухаммада б. Идриса Шафи‘и — значительная часть сочинения посвящена аргументации, заключённой в айатах, а также изучению смысловой взаимосвязи последних. Согласно преданию, багдадский учёный-традиционалист ‘Абд ар-Рахман б. Махди в дни своей молодости потребовал, чтобы Шафи‘и написал книгу о «смыслах Корана», выдержанную в юридическом ключе. В результате появилась ар-Рисала (см.: Хатиб. Та’рих 2, с. 64).

Обращение к юридической проблематике в рамках «полинаучного» комментария во II— III вв. х. / VIII—IX вв. н.э. распространено не было — единственным известным примером этого рода является Тафсир-е кабир [Великий комментарий] Абу-л-Касима Балхи (см. предыдущую главу).

3. Экзегетика в литературных кругах

В первой половине II в. х. / VIII в. н.э., благодаря таким учёным, как ‘Иса б. ‘Умар Сакафи (ум. 149 г. х. / 766 г. н.э.) и Абу ‘Амр б. ‘Ала’ (ум. ок. 154 г. х. / 771 г. н.э.), в Ираке началось движение, которое усилиями Халила б. Ахмада (ум. 170 г. х. / 786 г. н.э.) принесло свои плоды и заложило основы для арабской грамматики и лексикографии. Первые учёные, занятые на этом поприще, подвизались также в области правил чтения Корана.

3.1. Жанр ма‘ани ал-Кур’ан («смыслы Корана»)

Данная группа учёных с самого начала формирования этого движения обращала особое внимание на постижение различных видов смысла Корана с помощью методов языкознания, создав один из жанров толкования Корана, который получил название «смыслы Корана» (ма‘ани ал-Кур’ан). Сочинения, относящиеся к этому жанру, в своей наиболее чистой форме представляют собой собрание литературно-филологических рассуждений, через которые можно обратиться к вопросам грамматики и лексикологии, а также включают в себя проблематику, впоследствие получившую название «стилистика» (ма‘ани ва байан).

Самым ранним примером направления усилий в данное русло является сочинение Ма‘ани ал-Кур’ан [Смыслы Корана] известного имамитского чтеца Корана и грамматиста Абана б. Тагаллуба (ум. 141 г. х. / 758 г. н.э.) (Ибн ан-Надим, с. 276. Ср.: Наджаши, с. 11—12) — его основополагающая роль в этой области безоговорочно принимается большинством. После него Абу ‘Убайда Му‘аммар б. Мусанна (114—210 гг. х. / 732—825 гг. н.э.) сыграл свою непреходящую роль и стал известен среди литераторов как зачинатель составления комментариев типа ма‘ани ал-Кур’ан (Ибн ан-Надим, с. 37, 59; Хатиб. Та’рих 12, с. 405). В дальнейшем в среде басрийских литераторов ученики Сибавейха Мухаммад б. Мустанир Киртаб и Са‘ид б. Мас‘ада Ахфаш продолжили дело Абу ‘Убайды с бóльшим уклоном в синтаксис (Ибн ан-Надим, с. 37, 58; Хатиб. Там же; Ибн Тавус. Са‘д, с. 270). Безусловно, и Киртаб, и Ахфаш по своим убеждениям склонялись к му‘тазилизму, что послужило поводом для их критики (см., например: Захаби, Мухаммад. Сийар 10, с. 207).

В Куфе деятельность, начатая Абаном, была продолжена главой куфийских грамматистов ‘Али б. Хамзой Кисайи, безусловно, с использованием достижений басрийцев (Ибн ан-Надим, с. 33, 37, 72; Хатиб. Там же, т. 11, с. 403, т. 12, с. 405). При этом, несомненно, басрийские предания о степени влияния Басры на Кисайи являются преувеличением (Йакут 11, с. 229; Фирузабади, с. 105. Ср.: Хатиб. Там же).

Среди прочих грамматистов Куфы и Басры, в конце упомянутого столетия подвизавшихся на поприще ма‘ани ал-Кур’ан, можно упомянуть Мухаммада б. Хасана Ру’аси (ум. 160 г. х. / 777 г. н.э.; Ибн ан-Надим, с. 37, 71), Йунуса б. Хабиба Басри (ум. 182 г. х. / 798 г. н.э.; Там же, с. 37, 48), Му’арраджа б. ‘Амра Садуси (ум. 195 г. х. / 810 г. н.э.; Там же, с. 37, 54), Абу Мухаммада Йахйю б. Мубарика Йазиди (ум. 202 г. х. / 817—818 г. н.э.; Там же, с. 37) и Надра б. Шамиля (ум. 203 г. х. / 818—819 г. н.э.; Там же, с. 58; Ибн Анбари, с. 57). Некоторые грамматисты, жившие вдали от Ирака, например, Абу-л-Минхал Махлаби (ум. 200 г. х. / 815—816 г. н.э.), также писали подобного рода сочинения. Махлаби создал свой Ма‘ани ал-Кур’ан в Нишапуре для сына хорасанского эмира Исхака б. Ибрахима Тахири (см.: Там же, с. 37).

На рубеже III в. х. / IX в. н.э. своё исследование в области ма‘ани ал-Кур’ан предпринял известный куфийский грамматист Йахйа б. Зийад Фара’ — в основе его труда лежала книга Кисайи, а также все плоды, принесенные усилиями предшественников (см.: Йакут, Фирузабади, Там же). В ходе занятий, проводимых Фара’ с 202 по 204 гг. х. (817—819 гг. н.э.), он диктовал свою книгу ученикам, особенно Мухаммаду б. Джахму Самари, главному её передатчику (см.: Фара’ 1, с. 1; Ибн Анбари, с. 65). Не исключено, что один из списков Ма‘ани ал-Кур’ан Фара’ был изготовлен Саламой б. ‘Асимом Багдади — по мнению ряда учёных, например, Ибн Анбари, этот список превосходил по качеству другие (см.: Ибн Джазри 1, с. 311).

Сочинение Фара’ включало в себя анализ огласовок сложных конструкций в Коране, объяснение слов, неожиданные аллегорические толкования, а также указание способов чтения. Кроме того, здесь встречаются предания об обстоятельствах низведения Корана (см., например, т. 1, с. 83, 108), экзегетические предания асхабов и их последователей (см., например, т. 1, с. 25, 38, 111), а также теоретические рассуждения самого автора (см., например, т. 1, с. 74, 117). С появлением сочинения Фара’ была открыта глава создания пространных, энциклопедических трудов в жанре ма‘ани ал-Кур’ан. Правда, единственным сохранившимся образцом этого периода, помимо труда Фара’, является Ма‘ани ал-Кур’ан Са‘ида б. Мас‘ада Ахфаша Аусата (ум. 215 г. х. / 830 г. н.э.) (изд. Каир, 1411/1990). Это сочинение не обладает широтой труда Фара’. Абу Ма‘аз Фадл б. Халид Марвази (ум. 211 г. х. / 826 г. н.э.) написал Ма‘ани ал-Кур’ан ал-кабир [Большая книга смыслов Корана], в течение долгого времени бывшей в ходу в Хорасане (см.: Ибн ан-Надим, с. 37; Насафи. ‘Умр, с. 117, 180, 200).

В конце III в.х. / IX в. н.э. с приближением столетия застоя традиция написания комментариев типа ма‘ани ал-Кур’ан снова претерпела эволюцию в литературных кругах. Теперь к этому жанру обратились и авторы из числа крупных грамматистов, но на этот раз они предполагали создавать объёмные труды энциклопедического характера. Среди этих трудов назовём Китаб ма‘ани ал-Кур’ан Мухаммада б. Йазида Мубаррида (ум. 286 г. х. / 899 г. н.э.), который иногда называют ал-Китаб ат-тамм [Полная книга] (Ибн ан-Надим, с. 37, 65), Ма‘ани ал-Кур‘ан Ахмада б. Йахйи Са‘лаба (ум. 291 г. х. / 904 г. н.э.; Там же, с. 37, 81), Ма‘ани ал-Кур’ан, известный как Китаб ал-‘ашарат [Книга «десяток»] Мухаммада б. Ахмада б. Кайсана (ум. 299 г. х. / 911—912 г. н.э.; Ибн ан-Надим, с. 37, 89), Зийа’ ал-кулуб мин ма‘ани ал-Кур’ан ва гарибаху ва мушкилаху [Просвещение сердец смыслами Корана, его непонятными и трудными отрывками] Абу Талиба Мафдаля б. Саламы (ум. 300 г. х. / 912—913 г. н.э.), в котором преобладает лексикологический подход (Ибн ан-Надим, с. 37, 80; Ибн Анбари, с. 138), получивший относительно широкое распространение Ма‘ани ал-Кур’ан Ибрахима б. Сирри Зуджаджа (ум. 311 г. х. / 923 г. н.э.) (Ибн ан-Надим, с. 37, 66; Ибн Хайр, с. 64; Хатиб. Та’рих 6, с. 89; GAL I, p. 111).

В начале IV в. х. / X в. н.э. можно упомянуть таких учёных, как ‘Али б. Сулайман Багдади Ахфаш-сагир (Ибн Тавус. Са‘д, с. 252), Абу Бакр Хайат Самарканди (Ибн ан-Надим, с. 89; Ибн Анбари, с. 169), известный багдадский грамматист Мухаммад б. Касим Ибн Анбари (Ибн ан-Надим, с. 37, 82), Мухаммад б. ‘Усман Абу Бакр Джа‘д Багдади (Там же, с. 90) и ‘Али б. ‘Иса б. Джаррах-вазир. Последний совместно с известным чтецом Корана Абу Бакром Муджахидом и грамматистом Абу-л-Хасаном Хаззазом написал книгу (Там же, с. 37, 90, 142). Однако определяющими для упомянутого столетия были труды Наххаса и Ибн Дурустийи.

Известный египетский грамматик Абу Джа‘фар Ахмад б. Мухаммад Наххас (ум. 338 г. х. / 949—950 г. н.э.) написал книгу о «смыслах Корана», являющуюся самой пространной из сохранившихся сочинений жанра ма‘ани ал-Кур’ан. Сам автор во Введении отмечает, что его целью в данной книге было толкование «смыслов» (стилистических вариантов) и непонятных мест (лексика). К этому он также добавил проблематику, связанную с предписаниями, содержащимися в Коране, а также вопросы об отменяющих и отменённых айатах. Говоря об источниках своей работы, он делит их на две группы: комментарии, переданные от наставников прошлых времён, и высказывания учёных-филологов. Поясняя употребление в своей книге выражения «стилистические варианты», Наххас отмечает, что уделял особое внимание разбору случаев опущения, сокращения, удлинения фраз, а также их контексту (см.: т. 1, с. 42—43).

В своём сочинении Наххас не только собрал цитаты из важнейших трудов, созданных в жанре ма‘ани ал-Кур’ан, но включил в него высказывания прошлых поколений — пророческие хадисы (см., например: т. 1, с. 47, 49, 69), а также подтверждённые иснадом хабары асхабов (см., например: т. 1, с. 50, 67) и их последователей (см., например: т. 1, с. 53, 148). Кроме того, он использовал ряд традиционалистских комментариев, например, тафсир Бакра б. Сахля Дамйати (т. 1, с. 74). Таким образом, труд Наххаса можно считать важным шагом по направлению перехода от комментариев типа ма‘ани ал-Кур‘ан, носящих исключительно литературн-филологический характер, к комментариям всеобщим.

Представляется, что в следующем столетии в Багдаде не существовало предпосылок, как в Куфе и Басре, для продолжения традиции написания комментариев типа ма‘ани ал-Кур’ан — здесь сочинения приобрели, в основном, критический характер. В частности, необходимо отметить труды ‘Абдаллаха б. Джа‘фара б. Дурустийи (ум. 347 г. х. / 958 г. н.э.), в которых автор сравнивает воззрения Ахфаша и Са‘лаба, а также критикует Фара’ (см.: Ибн ан-Надим, с. 37, 68, 69). Точно также, Абу ‘Али Фариси (ум. 377 г. х. / 987 г. н.э.) в Китаб ал-игфал [Книга об упущениях] выступил с критикой взглядов Зуджаджа в Ма‘ани ал-Кур’ан (Там же, с. 69; Ибн ‘Адим 5, с. 2266; о рукописи см.: Хадивийа 1, с. 126). Однако в других регионах составление трудов в жанре ма‘ани ал-Кур’ан продолжалось: здесь появились такие обстоятельные труды, как ал-Муваддих фи ма‘ани ал-Кур‘ан [Разъясняющий смыслы Корана] самаркандского учёного ‘Абд ал-‘Азиза Сайдалани Марзбани (GAS I, p. 47), Рийадат ал-алсана фи а‘раб ал-Кур’ан ва ма‘аниху [Красноречивое упражнение в огласовках Корана и его смыслах] Абу Бакра б. Ашта Исфахани (ум. 360 г. х. / 971 г. х.; Ибн ан-Надим, с. 37), ал-Хидайа ила булуг ан-нихайа [Наставление к достижению предела], посвящённый «смыслам Корана, его толкованию и видам заключённых в нём наук», Макки б. Аби Талиба Кайси (ум. 407 г. х. / 1016—1017 г. н.э.), учёного из Магриба (см.: Ибн Халликан 5, с. 275; Раудани, с. 153). Вероятно, последнее сочинение представляет собой тот же памятник, который иногда упоминают под именем ат-Тафсир ал-кабир [Великий комментарий] (см.: Там же).

3.2. Жанр маджаз ал-Кур’ан («иносказания в Коране»)

Изучение иносказаний в языке Корана и выявление случаев их употребления, началось со II в.х. / VIII в. н.э., создав практические предпосылки для формирования в последующие столетия стилистики. Иными словами, первыми сочинениями по стилистике в истории мусульманской культуры являются труды с заголовком Маджаз ал-Кур’ан [Иносказания в Коране].

Без сомнения, первым сочинением этого типа является Маджаз ал-Кур’ан басрийского учёного-филолога Абу ‘Убайды Му‘аммара б. Мусанны (ум. 210 г. х. / 825 г. н.э.), сохранявшего своё значение на протяжении нескольких веков (см. Список источников). В этой работе Абу ‘Убайда, следуя порядку расположения сур, выбирает те айаты, которые он считает образчиком употребления иносказаний в Коране, и подвергает их стилистическому анализу (см. упомянутое сочинение). По своим религиозным убеждениям, Абу ‘Убайда принадлежал к суфритской ветви хариджитов (см.: Аш‘ари, с. 120; Ибн Кутайба. ал-Ма‘ариф, с. 543), и к его взглядам весьма болезненно относились традиционалисты (см., например: Лалака’и. Шарх 2, с. 213) — это было справедливо и по отношению к общей реакции на книгу Маджаз ал-Кур’ан.

После распространения упомянутого сочинения соперник Абу ‘Убайды в Басре, Асма‘и, который за свои убеждения получил одобрение традиционалистов (см.: Ибн Анбари, с. 84), подверг этот труд критике, называя рассуждения Абу ‘Убайды в Маджаз ал-Кур’ан толкованием в соответствие с личным мнением (тафсир би-р-ра’й) (см.: Хатиб. Та’рих 13, с. 255; Ибн Анбари, с. 71—72). Некоторые учёные выступили на защиту Абу ‘Убайды: так, Хасан б. Джа‘фар Нахви в своём опровержении, составленном в то же время, что и Маджаз ал-Кур’ан, называет его противников «отрицателями наличия иносказаний в Коране» (см.: Ибн ан-Надим, с. 37). Абу Хатам Сиджистани, учёный-филолог из Басры, пристрастно относившийся к трудам традиционалистов, также написал опровержение в защиту Маджаз ал-Кур’ан Абу ‘Убайды — рукопись этого сочинения хранится в библиотеке Са’иб в Анкаре (GAS IX, p. 66).

В конце IV в.х. / X в. н.э. имамитский учёный Саййид Рази (ум. 406 г. х. / 1015—1016 г. н.э.) составил сочинение Талхис ал-байан ‘ан маджазат ал-Кур’ан [Краткое изложение речей об иносказаниях в Коране], дополняющее работу Абу ‘Убайды. Хотя в общем и целом это сочинение базируется на методологии Абу ‘Убайды (см.: ал-Маджазат, с. 11), оно, при этом, содержит немалое количество нововведений. В сочинении преобладают рассуждения на литературн-филологические темы без каких-либо ссылок на конкретные лица, а редкие случаи обращения к иной тематике обсуловлены её отношением к литературе (например, вопрос о протирании головы во время омовения — с. 281; подробнее о маджаз ал-Кур’ан см.: Винзборо. Маджаз, с. 247—266).

3.3 Жанр ‘улум ал-Кур’ан («науки о Коране»)

В конце III в. х. / IX в. н.э. среди учёных-филологов, больше всего специализировавшихся на поэзии и секретарском искусстве, сформировался тип комментария, который называли ‘улум ал-Кур’ан («науки о Коране») или ‘илм ал-Кур’ан («наука о Коране»). По аналогии представляется, что в сочинениях, относящихся к этому жанру, речь идёт о различных литературно-филологических аспектах Корана. В числе подобных сочинений можно упомянуть такие труды, как аш-Шафи фи ‘илм ал-Кур’ан [Достаточное для науки о Коране] Йунуса б. Ахмада Вафраванди (Ибн ан-Надим, с. 94, примечание) и ал-Хави фи ‘улум ал-Кур’ан [Содержащий науки о Коране], объёмная работа в 27 частях Мухаммада б. Халафа б. Марзбана Багдади (Там же, с. 95, 167). Этот жанр комментария привлёк к себе большее внимание в последующие века. К упомянутым выше сочинениям необходимо прибавить и Китаб ар-рагиб фи ‘илм ал-Кур’ан [Лучшая книга в науке о Коране] ахбаритского учёного Мухаммада б. ‘Умара Вакиди (ум. 207 г. х. / 822—823 г. н.э.) — если название труда зафиксировано верно (см.: Там же, с. 111, примечание. Ср.: Эдирнави, с. 29; Джонс, с. 13, где упомянутое сочинение ошибочно приписывается ему с названием Тафсир).

Продолжение традиции написания сочинений этого типа в IV в. х. / X в. н.э. наблюдается на примере таких трудов, как аш-Шамил фи ‘илм ал-Кур’ан [Содержащий науку о Коране] Абу Бакра Сули (ум. 330 г. х. / 942 г. н.э.; Ибн ан-Надим, с. 168), Мукаддамат ‘илм ал-Кур’ан [Введение в науку о Коране] имамитского учёного Мухаммада б. Бахра Рахани (ум. ок. 330 г. х. / 942 г. н.э.; Ибн Тавус. Са‘д, с. 227 и далее), ал-Анвар фи ‘илм ал-Кур’ан [Свет науки о Коране] багдадского чтеца Корана Абу Бакра б. Миксамы (ум. 354 г. х. / 965 г. н.э.; Ибн ан-Надим, с. 36; ср.: Раудани, с. 176, «ат-Тафсир») и ат-Танбих ‘ала фадл фи ‘улум ал-Кур’ан [Указание на пользу наук о Коране] Абу-л-Касима б. Хабиба Нишапури (ум. 406 г. х. / 1015—1016 г. н.э.; Суйути. ал-Иткан 1, с. 36).

3.4. Жанр тафсир ал-Кур’ан («толкование Корана»)

Небольшое количество учёных-филологов раннего периода занималось также составлением книг, которые они называли Тафсир ал-Кур’ан [Толкование Корана] — среди них можно упомянуть ‘Абд ар-Рахмана б. Мусу Хавари (ум. 179 г. х. / 795 г. н.э.), ученика Асма‘и, и Абу Зайда Ансари (Ибн Фарди 1, с. 300; Суйути. Багийа 2, с. 90). В IV в. х. / X в. н.э. число подобного рода сочинений особенно увеличилось среди лексикографов, литераторов и, в меньшей степени, грамматистов. Это — багдадский учёный ‘Абд ал-‘Азиз б. Мухаммад б. Васик (ум. 350 г. х. / 961 г. н.э) (Ибн ан-Надим, с. 42), гератский лексикограф, автор ат-Такриб фи тафсир [Приближение к толкованию] Мухаммад б. Ахмад Азхари (ум. 370 г. х. / 980—981 г. н.э.) (Субки 3, с. 64; Ибн Кази Шахба 2, с. 144), хамаданский лексикограф, автор Джами‘ ат-та’вил [Собрание аллегорических толкований] Ахмад б. Фарис Казвини (ум. 395 г. х. / 1005 г. н.э.) (Йакут 4, с. 84), известный филолог, автор ал-Махасин [Книга о похвальных качествах] Абу Хилал ‘Аскари (ум. после 400 г. х. / 1010 г. н.э.) (Там же, т. 8, с. 263; Суйути. Табакат, с. 44), багдадский грамматист Хибаталлах б. Салама Зарир (ум. 410 г. х. / 1019 г. н.э.) (Йакут 19, с. 276; Ибн Хаджар. ал-Исабат 6, с. 250; Ибн Джазри 2, с. 351).

Следует сказать, что другая часть усилий учёных-филологов, особенно тех из них, кто писал с лексикографическим уклоном, была направлена на изучение отдельных слов из Корана — это создало предпосылки для появления группы сочинений с общим названием Гариб ал-Кур’ан [Непонятные места в Коране] (см. настоящую Энциклопедию, «Гариб ал-Кур’ан»). Верстиг в одном из своих исследований изучил связь между формированием грамматики арабского языка и толкованием Корана (Versteegh, C.H.M., Arabic Grammar and Qur’anic Exegesis in Early Islam, Leiden, 1993).

4. Экзегетика в среде чтецов Корана

Имеются свидетельства, подтверждающие, что в течение II—IV вв. х. / VIII—X вв. н.э. некоторые учёные из числа чтецов Корана обращались к проблематике неясных айатов (муташабихат) и писали сочинения, их комментирующие. Наиболее ранние образцы довольно трудно атрибутировать. Ибн ан-Надим отмечает, что у Хамзы и Нафи‘ были книги с названием Муташабих ал-Кур’ан [Неясные айаты Корана] (с. 39): очевидно, что ан-Надим имеет в виду чтеца Корана из Куфы Хамзу б. Хабиба Зайата (ум. 156 г. х. / 773 г. н.э.) и Нафи‘ б. ‘Абд ар-Рахмана Ляйси (ум. 169 г. х. / 785—786 г. н.э.), мединского чтеца, принадлежавшего к группе «семи чтецов». В Каталоге библиотеки Захирийа указывается на существование рукописи, которая содержит отрывок из Комментария Нафи‘ (GAS I, p. 10). Об ‘Али б. Хамзе Кисайи, другом куфийском чтеце Корана из группы «семи чтецов», мы знаем, что он оставил после себя сочинение под названием Муташабих ал-Кур’ан, рукопись которого дошла до наших дней (GAL I, p. 118).

Для более позднего периода необходимо указать на Муташабих ал-Кур’ан Халафа б. Хишама Баззара (ум. 229 г. х. / 844 г. н.э.), куфийского чтеца Корана из группы «десяти чтецов» (Ибн ан-Надим. Там же). Учитывая масштаб личности автора этого труда, можно сказать, что в нём мы можем найти и богословский подход. Халаф занял жёсткую позицию в отношении взглядов му‘тазилитов и джахмитов по вопросу об именах Аллаха (см.: Лалака’и. Шарх 1, с. 274, т. 2, с. 207), поэтому можно ожидать, что свой труд Муташабих ал-Кур’ан он составил в таком же ключе. Мы знаем, что он умер будучи вынужденным скрываться, так сказать с «мрачным выражением на лице» (джахмийа) (Ибн Джазри 1, с. 274). Багдадский чтец Корана Мухаммад б. Йахйа Кати‘и (ум. 253 г. х. / 867 г. н.э.), несомненно, является тем же самым лицом, сочинение которого Ибн ан-Надим аттестует как Муташабих ал-Кур’ан (с. 39; см. также: GAS I, p. 13).

В следующем столетии эта традиция продолжилась, и Ахмад б. Мухаммад б. Абзун Анбари (ум. 324 г. х. / 936 г. н.э.), багдадский чтец Корана, автор Муташабих ай ал-Кур’ан (см.: Ибн Джазри 1, с. 100), и Абу-л-Хусейн Ахмад б. Джа‘фар б. Манади (ум. 336 г. х. / 947—948 г. н.э.), багдадский чтец Корана, автор Муташабих ал-Кур’ан, рукопись которого сохранилась до наших дней (GAS I, p. 44), сделали очередные шаги в этом направлении.

Сочинения, написанные в IV в. х. / X в. н.э. чтецами Корана в жанре ма‘ани ал-Кур’ан, были исследованы в главе, посвящённой литературным кругам. К этой группе следует также отнести труд андалусского чтеца Корана Ахмада б. Касима Уклиши (ум. 410 г. х. / 1019 г. н.э.). Данное сочинение представляет собой объяснение смысла, скрытого в суре «Фатиха» («Открывающая», № 1), и называется Тафсир ал-‘улум ва-л-ма‘ани ал-муставда‘а фи-с-саб‘ ал-масани [Объяснение наук и смыслов, сокрытых в семи достоинствах] (Ибн Джазри 1, с. 97; подробнее о рукописи см.: Зерекли 1, с. 197).

До настоящего времени ни один из образчиков данного типа сочинений не был издан, что дало бы возможность ярче осветить степень интереса, проявляемого чтецами Корана к неясным айатам (муташабихат), а также уяснить методику их истолкования.

5. Экзегетика среди традиционалистов (асхаб ал-хадис)

В течение II—III вв. х. / VIII—IX вв. н.э. группа учёных, сферу исследовательской деятельности которых, в большинстве своём, составляло хадисоведение и между которыми наблюдалась общность религиозных убеждений, стала известна под именем традиционалистов (асахб ал-хадис) (см. настоящую Энциклопедию, т. 9, с. 113 и далее). Одна из идеологических особенностей традиционалистов заключается в их убеждении, что различные отрасли религиозного, и даже нерелигиозного, знания можно исследовать с помощью хадисов и методологии хадисоведения. Естественно, толкование Корана не только не было исключением из этого правила, но, напротив, находилось в числе первых тем, к которым традиционалисты проявляли интерес и на которые составляли свои сочинения. Поэтому первыми трудами традиционалистов в истории их литературной деятельности стали труды по экзегетике.

5.1. Комментарии «одного иснада»

Методология комментария «одного иснада», о которой было рассказано в главе, посвящённой ученикам последователей (таби‘ун), во II—III вв. х. / VIII—IX вв. н.э. в ограниченной форме нашла своё продолжение у традиционалистов. Значение иснадов для традиционалистов послужило причиной того, что мухаддисы этого периода весьма дотошно относились к их точности.

В ряде подобных сочинений один матн передавался как некий издавна существовавший матн с точными иснадами, а последний передатчик прибавлял к нему предания, подтверждённые иснадами, не относящимися к первому автору, а также иногда снабжал его своими пояснениями. Здесь можно указать на матн комментария Мукатиля б. Сулаймана, переданный багдадским учёным Абу Салихом Хузайлом б. Хабибом Дандани (ум. после 190 г. х. / 806 г. н.э.). Последний приводит хабары своих шайхов, например, Суфйана Саури, Ваки‘ б. Джарраха, Ляйса б. Са‘да и Ибн Лахи‘ха (см.: Муктаил б. Сулайман 1, с. 35, 37, 149 и далее), в ряде случаев прибавляя свои собственные взгляды на истолкование (см., например: т. 1, с. 326). Опубликованный текст комментария Мукатиля составлен Абу Салихом Дандани. Даже Сабит б. Йа‘куб Тузи, передатчик варианта Дандани, редко прибавляет к тексту хабары, переданные от своих шайхов (см., например: т. 1, с. 37, 450).

Комментарий Ибн Аби Наджиха, переданный им от Муджахида, — ещё один матн со схожей судьбой. Этот текст, составленный Адамом б. Аби Айасом ‘Аскалани (ум. 220 г. х. / 835 г. н.э.) на основании предания Варки’ б. ‘Умара Йушкари (ум. 160 г. х. / 777 г. н.э.), полученного последним от Ибн Аби Наджиха, сегодня известен как комментарий Муджахида. Варка’, передатчик матна от Ибн Аби Наджиха, добавил к нему хабары, переданные его шайхами (см., например: с. 110, 111, 118, 126). Адам б. Аби Айас к варианту Варки‘ прибавил хабары, переданные от других шайхов (с. 141, 145, 151 и далее). Хишам б. ‘Убайдаллах Рази (ум. 221 г. х. / 836 г. н.э) тоже внёс свои дополнения к комментарию Кальби (Абу Ну‘айм. Ахбар-е Исфахан 1, с. 89).

В Йемене необходимо отметить тафсир ‘Абд ар-Раззака Сан‘ани (ум. 211 г. х. / 826 г. н.э.), основой которого явился комментарий его учителя Му‘аммара, полученного им от Катады. Однако в Комментарий ‘Абд ар-Раззака добавлены предания Му‘аммара, полученные им не от Катады (см., например: т. 1, с. 40, 41 и далее), а также сделанные самим составителем выборки из экзегетических текстов таких комментаторов, как Суфйан Саури (т. 1, с. 41, 44 и далее), Суфйан б. ‘Айина (т. 1, с. 40, 50 и далее), Хашим б. Башир (т. 1, с. 55) и Абу Ма‘шар Мадани, рави Мухаммада б. Ка‘ба (т. 1, с. 49). И Му‘аммар, и ‘Абд ар-Раззак извлекли ряд преданий из сборников хадисов неэкзегетического характера (т. 1, с. 49, 57 и далее).

Йеменский хадисовед Муса б. ‘Абд ар-Рахман Сакафи (ум. 190 г. х. / 805—806 г. н.э) передал тафсир Ибн ‘Аббаса в двух вариантах — от ‘Ата’ через Ибн Джурайха и от Заххака через Мукатиля б. Сулаймана, выведя его в виде иснада, оформленного как единый текст (Ибн Хаббан. Китаб ал-маджрухин 2, с. 242; Табарани. ал-Му‘джам ал-кабир 23, с. 130, 134 и далее; Кавам ас-сане, с. 45; Байхаки, Ахмад. аз-Зухд 2, с. 328; Рафе‘и 1, с. 189). Как бы там ни было, в среде традиционалистов прибавление иснадов считалось неприемлемым и подвергалось критике. Кажется, получил хождение вариант того же самого сочинения, в котором все иснады шли через Ибн Джурайха (Куми 2, с. 245, 294 и далее; Ибн ‘Адда 6, с. 349; Ибн Башкавал 1, с. 338, т. 2, с. 761; Вахиди, с. 14; Хасакани 1, с. 219, т. 2, с. 405).

От IV в. х. / X в. н.э. имеется только один образец комментария «одного иснада». Багдадский хадисовед Абу Бакр б. Джа‘аби (ум. 355 г. х. / 966 г. н.э.) собрал тафсир, в который включил экзегетические высказывания Малика б. Анаса с различными иснадами (Раудани, с. 174—175; Ибн ан-Надим, с. 36). Составление этого комментария иногда приписывают самому Малику (Дауди 2, с. 300).

5.2 Многообразие иснадов в комментариях

В середине II в. х. / VIII в. н.э. апогеем комментаторской деятельности традиционалистов является сочинение Суфйана б. Са‘ида Саури (ум. 161 г. х. / 778 г. н.э.), которое, с одной стороны, считается одним из самых значительных комментариев раннего периода, а с другой стороны, знаменует собой начало этой работы в Куфе. Комментарий Саури содержит разнообразные сведения об обстоятельствах низведения Корана (см., например: с. 41), правилах чтения, в особенности чтения Ибн Мас‘уда и его сподвижников (например, с. 44), а также экзегетические высказывания асхабов и их последователей (таби‘ун) с различными иснадами. Комментарий Саури следует признать старейшим из сохранившихся комментариев, в которых экзегетические высказывания предшественников приводятся в виде отличных друг от друга хабаров с независимыми иснадами, а при фиксации последних наблюдается разнообразие источников. В то же самое время, поскольку сочинение Саури считается первым шагом, в передаче некоторых высказываний наблюдается отсутствие звеньев иснада (ирсал) (с. 42, 45 и далее). В передаче высказываний предшественников отражаются и региональные отличия, однако можно констатировать больший интерес к последователям (таби‘ун) Куфы и Мекки (например, с. 42, 43). Здесь также можно найти экзегетические высказывания, которые не имеют атрибуции к конкретному лицу и, очевидно, принадлежат самому Саури (например, с. 43, 46).

Одновременно с Саури его единомышленники-хадисоведы в Куфе, например, За’ида б. Кудама Сакафи (ум. 160 г. х. / 777 г. н.э.) и Абу Кудина Йахйа б. Мухлаб (ум. 160 г. х. / 777 г. н.э.), также составили сходные труды, посвящённые экзегетике (Ибн ан-Надим, с. 36, 282). Что касается последнего, то различные иснады, помещённые в его сочинении, можно почерпнуть из пространных цитат в Тафсире Табари (т. 2, с. 371, т. 5, с. 128, т. 12, с. 202 и далее). В целом, кружок Суфйана Саури в Куфе породил в среде традиционалистов разных регионов мощную волну создания комментариев. После этого было написано большое число комментариев традиционалистского характера.

В одно и то же время с Саури глава басрийской школы хадисоведов Шу‘бат б. Хаджжадж (ум. 160 г. х. / 777 г. н.э.), поднял вопрос том, чтобы, помимо соблюдения точности иснада, ограничить круг преданий высказываниями Пророка (да благословит Аллах его и род его!) и асхабов. Шу‘бат был убеждён, что, если высказывания последователей (таби‘ун) не подтверждены словами Пророка (да благословит Аллах его и род его!) или асхабов, то они не имеют никакой ценности и не заслуживают доверия — более всего это было справедливо по отношению к «Книге Аллаха» (Халили 1, с. 396). Таким образом, надёжность высказываний последователей в комментариях для хадисоведов Басры снизилась и результат влияния упомянутых идей Шу‘бата проявился в заметном снижении объёма приводимых ими экзегетических преданий. Подобные идеи на полвека изъяли Басру из процесса создания комментариев, однако устойчивого влияния они не имели.

Необходимо признать, что в конце II в. х. / VIII в. н.э. высказывания Шафи‘и о сужении круга предания уменьшали доверие к высказываниям последователей в гораздо большей степени, чем всё остальное, что происходило среди последователей Шу‘бата б. Хаджжаджа. Однако экзегетика отличается от фикха. Исключение из комментариев, основанных на сунне (тафсир ал-ма’сур), высказываний последователей было невозможно, и на практике этого никогда не случалось. При этом можно сказать, что традиционалисты в своих экзегетических трудах постепенно увеличивали объём и значимость пророческих хадисов и высказываний асхабов. Естественно, подобная тенденция требовала больших усилий для собирания пророческих хадисов и высказываний асхабов, однако это был неоднозначный и постепенный процесс.

В конце II в. х. / VIII в. н.э. Ваки‘ б. Джаррах (ум. 197 г. х. / 812—813 г. н.э.) создал движение, ратующее за очищение экзегетических хабаров. Это движение можно считать развитием установок Суфйана Саури о создании комментариев на основе надёжных иснадов. В рамках заявленного пересмотра Ваки‘ отказался от некоторых важных для куфийской школы комментариев — так, он не привёл в своём комментарии ни одной цитаты из тафсиров Кальби и Варки’ Йушкари, подвергавшихся критике в кругах хадисоведов (Хатиб. Та’рих 13, с. 517; Сам‘ани. ал-Инсаб 5, с. 698). Данная особенность послужила причиной того, что, как в эпоху, современную автору, так и позднее, Тафсир Ваки‘ был самым используемым из всех традиционалистских комментариев (см., например: Ибн ан-Надим, с. 37; Хаскани 2, с. 484; Сам‘ани. ат-Тахбир 2, с. 124, 353; Ибн Нукта. ат-Такмила 4, с. 312, 335; Ибн Касир. Тафсир 1, с. 330; Раудани, с. 171; Муттаки Хинди № 4235).

Одновременно с Суфйаном и Ваки‘ традиционалистами Куфы и других регионов были созданы десятки комментариев в упомянутом стиле. В комментариях данной эпохи в той или иной степени наблюдаются региональные особенности, в том смысле, что при разнообразии хадисов их иснады не выходили далеко за пределы круга иснадов, распространённого в регионе автора.

Следующая тенденция в области создания традиционалистских комментариев появилась в последние годы II в. х. / VIII в. н.э. В этот период началось составление объёмных комментариев, основанных на предании, в поисках иснадов для которых авторы обращались к различным регионам. Первые образцы комментариев этого типа составлялись там, где прежде не было предпосылок для создания «местных» тафсиров. В их числе необходимо указать на Тафсир мосульского учёного Исма‘ила б. Аби Зийада Шами (ум. ок. 190 г. х. / 805—806 г. н.э.), который в своём большом комментарии приложил немалые усилия для собирания иснадов, не принимая во внимание их надёжность (Ибн ан-Надим, с. 36; Сам‘ани. ат-Тахбир 1, с. 191; Ибн Хаджар. ал-‘Уджаб, с. 213).

Поворотным пунктом в этом виде комментария является Тафсир ал-кабир [Великий комментарий] Йахйа б. Салама (ум. 200 г. х. / 815—816 г. н.э.), басрийского учёного, жившего в Африке. В этом сочинении автор использовал отрывки из комментариев последователей (таби‘ун), например, экзегетические рукописи Муджахида и Хасана Басри, а также компилятивные комментарии, например, Тафсир Судди. Вдобавок к этому, комментируя коранические айаты, он собрал некоторое количество хабаров с полными иснадами. Здесь заслуживает внимание количество пророческих хадисов (см.: Йахйа б. Салам, избранные листы). Общий объём упомянутого Тафсира превышал 6 томов (Ибн Хаджар. Там же, с. 219) и в течение долгих веков пользовался большой популярностью, особенно на западе мусульманского мира (см.: Ибн Хайр, с. 56—57; Абу-л-‘Араб, с. 203; Раудани, с. 172; о рукописи см.: GAS I, p. 39).

В начале следующего столетия продолжение этой методологии можно найти в Палестине и на границе с Сирией в объёмных комментариях Адама б. Аби Айаса ‘Аскалани (ум. 220 г. х. / 835 г. н.э.; цитаты в: Ибн Касир. Тафсир 1, с. 109, 122 и далее; Суйути. ад-Дурр 1, с. 255, 493 и пр.), Хусейна б. Дауда Масиси, известного как Сунайд (ум. 226 г. х. / 841 г. н.э.; цитаты в: Ибн Касир. Там же, т. 1, с. 96, 131 и далее; Суйути. Там же, т. 2, 653, 675 и далее). Тафсир Сунайда по стилю считают сходным с Тафсиром Ибн Салама (Ибн Хаджар. Там же), и он также пользовался широкой популярностью (Ибн ан-Надим, с. 36; Сам‘ани. ал-Ансаб 3, 432; Ибн Хаджар. ал-Исабат 4, с. 318 и далее; Раудани, с. 174; анализ феномена тафсир-е муснад см.: Berg, p. 65).

Волна борьбы за правильность хадисов наложила свой отпечаток и на экзегетическую литературу. Ахмад б. Ханбал и Исхак б. Рахавийа, два видных традиционалиста позднего периода, занимались толкованием Корана. Исхак, побудивший Бухари к составлению его Сахиха [Правильный], сам был автором «хадисоведческого» комментария, пользовавшегося популярностью в течение нескольких веков (см.: Ибн ан-Надим, с. 286; Сам‘ани. ат-Тахбир 2, с. 190, ал-Инсаб 4, с. 99, т. 5, с. 431; Ибн Макула 7, с. 158; Раудани, с. 173). Часть его сохранялась вплоть до последних столетий (цитаты в: Ибн Хаджар. ал-Иджаб, с. 600 и далее; Суйути. ад-Дурр 4, с. 574, Лубаб, с. 47; Муттаки Хинди № 16117). Сообщается, что у Ахмада б. Ханбала тоже имелось сочинение, посвящённое экзегетике (Ибн ан-Надим, с. 285; Ибн Таймийа. Мукаддима, с. 80; Раудани, с. 170), хотя оно и было наименее известным из его трудов.

Во всяком случае, в рамках «хадисоведческих» комментариев середины и конца III в. х. / IX в. н.э. сочинения, созданные усилиями «шестёрки сторонников правильности» (асхаб сихах ситта), например, Ибн Маджихом (т. 4, с. 559) и Насайи (Ибн Хайр, с. 58; Ибн Абар. ал-Му‘джам, с. 316; о рукописи см.: GAS I, p. 169), так и не заслужили серьёзного внимания, в то время как труды авторов комментариев, основанных на полных иснадах, например, ‘Абда б. Хамида Кеши и Баки б. Мухаллида Киртаби, приобрели непреходящее значение (о Кеши см.: Сам‘ани. ал-Ансаб 4, с. 127; Насафи. ‘Умр, с. 98; Суйути. ад-Дурр 1, с. 10 и далее; Раудани, с. 173; о Баки см.: настоящая Энциклопедия 12, с. 391).

На рубеже IV в. х. / X в. н.э. Мухаммад б. Джарир Табари (ум. 310 г. х. / 923 г. н.э.) написал своё сочинение Джами‘ ал-байан [Собрание объяснений], известное как Тафсир Табари, которое изменило историю комментариев, созданных на основе предания. Особенностями этой работы являются широкая подборка и классификация высказываний для каждого айата, а также теоретические рассуждения в тех случаях, когда необходимо вынести суждение или отдать предпочтение какому-либо варианту (см.: настоящая Энциклопедия, «Тафсир-е Табари»; о значении иснадов в Тафсире Табари см.: Horst; Berg, p. 120). После Табари такие крупные хадисоведы, как Ибн Аби Хатам Рази (см. Список источников), Ибн Мунзир Нишапури (см.: настоящая Энциклопедия 4, с. 702), Ибн Хаббан Басти (см.: настоящая Энциклопедия 3, с. 304), Абу-ш-Шайх Исфахани (см.: настоящая Энциклопедия 5, с. 601), Ибн Шахин Багдади (Сам‘ани. ал-Ансаб 3, с. 390; Ибн Тавус. ат-Тара’иф 1, с. 155) и Ибн Мардавийа Исфахани (см.: настоящая Энциклопедия 4, с. 604) составили комментарии в таком же стиле. Однако, несмотря на то, что эти сочинения имели хождение на востоке и западе мусульманского мира, они не шли ни в какое сравнение с Тафсиром Табари.

Некоторые учёные, принадлежавшие отдельным направлениям традиционалистов, также создали свои комментарии в III—IV вв. х. / IX—X вв. н.э. Это — маликиты ‘Абд ал-Малик б. Хабиб Андалуси (ум. 238 г. х. / 852—853 г. н.э.; Ибн Фархун 1, с. 155), Абу Исхак Ибрахим б. Хусейн Киртаби (ум. 240 г. х. / 854—855 г. н.э.; Там же 1, с. 84), Мунзир б. Са‘ид Нафзи Андалуси (ум. после 355 г. х. / 966 г. н.э.; Дауди 2, с. 336), шафи‘иты Мухаммад б. ‘Али Каффал Чачи (ум. 365 г. х. / 975—976 г. н.э.), имевший также склонность и к му‘тазилизму (Сам‘ани. ал-Ансаб 3, с. 375; Суйути. Табакат, с. 109—110), мавераннахрский судья Мухаммад б. Хасан Зузани (ум. 370 г. х. / 980—981 г. н.э.; Субки 3, с. 143), гурганский судья ‘Али б. ‘Абд ал-‘Азиз Джурджани (ум. 392 г. х. / 1002 г. н.э.; Ибн Кази Шахба 2, с. 160), ханбалиты Абу-л-Касим Харки (ум. 334 г. х. / 945 г. н.э.; Хаджжи Халифа 1, с. 446) и ‘Абд ал-‘Азиз б. Джа‘фар Гулам Халал (ум. 363 г. х. / 973—974 г. н.э.; Ибн Аби Йа‘ла 2, с. 120), джаририты Абу Бакр б. Камил (ум. 350 г. х. / 961 г. н.э.; Ибн ан-Надим, с. 35) и Абу-л-Фарадж Ма‘афи б. Закарийа (ум. 390 г. х. / 1000 г. н.э.; Там же).

5.3. Жанр ма‘ани ал-Кур’ан в среде хадисоведов

Историю этого вида комментариев вплоть до начала III в. х. / IX в. н.э. следует искать в среде учёных-филологов. Несколько позднее Абу Бакра Фары’ Абу ‘Убайд Касим б. Салам (ум. 224 г. х. / 839 г. н.э.), искушённый в филологии хадисовед хорасанского происхождения, живший в Басре, решил, опираясь на труды предшественников, особенно Абу ‘Убайды и Фары’ составить компендиум в стиле ма‘ани ал-Кур’ан, который обладал бы значением и для хадисоведения (Там же, с. 78; Хатиб. Та’рих 12, с. 405; Ибн Шахрашуб. Манакиб 1, с. 11, т. 3, с. 63. Ср.: Ибн Хайр, с. 71). К трудам грамматиков он добавил экзегетические предания асхабов и последователей (таби‘ун), а также высказывания факихов. Свою книгу Абу ‘Убайд довёл до суры «Хаджж» (№ 22) или «Пророки» (№ 21). Однако Ахмад б. Ханбал в своём письме отговорил его от продолжения этой работы (Хатиб. Там же; Кази ‘Айаз 4, с. 292). Вероятно, речь идёт о том же сочинении, которое Мухаммад б. Му’мин Ширази упоминает под именем Тафсир ал-Кур’ан и относит его к группе «двенадцати тафсиров» (см.: Хаскани 2, с. 484; Ибн Тавус. ат-Тара’иф 2, с. 429).

Ибн Кутайба Динавари (ум. 276 г. х. / 889 г. н.э.), учёный-традиционалист, живший в Западном Иране, который был последователем Абу ‘Убайда и завершителем его трудов в различных областях, продолжил его работу и по составлению сочинений в жанре ма‘ани ал-Кур’ан, написав свой Ма‘ани ал-Кур’ан, до наших дней не сохранившийся. В списке трудов Динавари это сочинение упоминается в одном ряду с такими трудами, как Гариб ал-Кур’ан и Мушкил ал-Кур’ан (см.: Дауди 1, с. 251), и то, что, например, Леконт (с. 168) и ‘Аккаше (с. 43) считали её другим названием Гариб ал-Кур’ан, безосновательно.

Другим продолжателем дела Абу ‘Убайда является Исма‘ил б. Исхак Кази (ум. 282 г. х. / 895 г. н.э.). Последний взял за основу книгу Абу ‘Убайда и прибавил к ней различные полезные наставления и рассуждения (Кази ‘Айаз 4, с. 292; Ибн Фархун 1, с. 95). Ма‘ани ал-Кур’ан Кази Исма‘ила обладал такими литературными достоинствами, что заслужил одобрение известного басрийского грамматиста Мубаррида (Там же, т. 1, с. 93).

5.4. Псевдо-богословский комментарий Корана

Традиционалисты с самого начала формирования своих кружков были вовлечены в догматические споры с богословами. Это обстоятельство послужило причиной того, что в их кружках появился вид комментария, схожий с богословским, объясняющим неясные айаты Корана (муташабихат).

Самым ранним достойным упоминания образцом комментариев данного вида является Китаб ал-хамида ва-л-и‘тизар фи-р-радд ‘ала ман ка’ла би халк ал-Кур’ан [Похвальная и оправдательная книга в опровержение того, что говорят о сотворённости Корана] мекканского учёного-традиционалиста ‘Абд ал-‘Азиза б. Йахйи Канани (ум. 240 г. х. / 854 г. н.э.). Эта книга, которая по своей композиции выдержана в стиле тенцоны, представляет собой опровержение взглядов Бишра ал-Мариси и его единомышленников, опирающееся исключительно на коранические айаты. Таким образом, это сочинение можно отнести к догматическому подтипу тематических тафсиров. Сам автор во Введении отмечает, что, поскольку его противники не привязываются к хадисам, он в своей аргументации ограничится «чистым Откровением» (с. 33).

Далее, следует сказать несколько слов об Ибн Кутайбе (ум. 276 г. х. / 889 г. н.э.) и его труде Та’вил мушкил ал-Кур’ан [Аллегорическое толкование трудных мест в Коране], представляющем собой рационалистическо-догматический комментарий, изложенный, правда, с позиции традиционалистов. Здесь, также как и в другой своей работе, Та’вил мухталиф ал-хадис [Аллегорическое толкование различных хадисов], автор вступает в диалог с му‘тазилитскими богословами и на протяжении всей книги пытается доказать ту мысль, что все интерпретации коранических айатов, сделанные этими богословами, проистекают из слабого знания ими литературной и филологической структуры последних. Всё то, что в интерпретациях противостоящих ему богословов Ибн Кутайба считает ошибочным, он стремится истолковать, опираясь на комментарий Корана с помощью самого Корана, а также на филологический комментарий, и защитить с позиций традиционалистов (см. упомянутое сочинение). В течение столетий этот труд был распространён на территории от Мавераннахра до Андалусии (Ибн Хайр, с. 67; Насафи. ‘Умр, с. 522; Суйути. ал-Иткан 1, с. 33).

К упомянтым выше двум сочинениям следует добавить двухтомный Хиджадж ал-Кур’ан [Спор о Коране] или ал-Ихтиджадж би-л-Кур’ан [Аргументация с помощью Корана] Исма‘ила б. Исхака Кази (Кази ‘Айаз. Там же).

5.5. Комментарий, основанный на сунне без иснадов (тафсир ал-ма’сур ал-муджаррад)

Первые предпосылки для создания комментариев, основанных на сунне без иснадов, в большинстве своём, можно найти в Хорасане и Ираке среди тех, чьим главным ремеслом было проповедничество — по роду своей деятельности они обращались к комментарию, основанному на сунне (тафсир ал-ма‘сур). В их числе можно указать на Шифа’ ас-судур [Исцеление сердец], пространный комментарий багдадского учёного Абу Бакра Мухаммада б. Хасана Наккаша (ум. 351 г. х. / 962 г. н.э.) (Ибн ан-Надим, с. 36), отмежевавшегося от традиционалистов в методике выбора и компоновки иснадов. Буркани считал, что в упомянутом тафсире не найти ни одного достоверного хадиса, а Лалака’и не видел в нём никакого средства для исцеления сердец (Сам‘ани. ал-Ансаб 5, с. 518). Вместе с тем комментарий Наккаша пользовался заметной популярностью ещё при жизни автора, привлекая к себе внимание и в последующие века (см., например: Ибн Хайр, с. 57; Ибн Тавус. ат-Тара’иф 1, с. 44, Са‘д, с. 285—286; Ибн Хаджар. ал-Исабат 2, с. 298, т. 3, с. 34; Ибн Джазри 2, с. 119; Раудани, с. 173; GAS I, p. 45).

Следующее сочинение — Тафсир ал-Кур’ан [Толкование Корана] ханафитского учёного из Мавераннахра Абу Ляйса Насра б. Мухаммада Самарканди (ум. 373 г. х. / 983—984 г. н.э.). Несмотря на обилие использованных хабаров, в области иснадов этот труд не был привязан к методу традиционалистов (Абу Ляйс. См. также: настоящая Энциклопедия 6, с. 205).

Кульминации своего развития тафсир без иснадов достигает в объёмном труде Хасана б. Мухаммада б. Хабиба Нишапури — в течение долгих веков это был один из наиболее популярных комментариев на востоке мусульманского мира (см.: Байхаки, Ахмад. Асбат, с. 128; Сарифини, с. 429; Сам‘ани. ат-Тахбир 1, с. 579). Здесь же необходимо упомянуть и тафсир Абу Са‘ида Ва’иза Харгуша (ум. 407 г. х. / 1016—1017 г. н.э.) (Ибн Шахрашуб. Манакиб 1, с. 11, т. 2, с. 25).

Особенностью этой группы комментариев является отказ от рассмотрения самых разнообразных узкоспециальных богословских, юридических или филологических тем, а также понижение в них роли иснадов. Проповеднический тон таких комментариев послужил причиной того, что некоторые ранние экзегетические рукописи, например рукопись тафсира Мукатиля, а также многочисленные рукописи сказаний и хабаров, отвергнутые традиционалистами за слабость их иснадов, снова оказались в поле зрения и стали цитироваться в тафсирах.

5.6. Сокращения и переводы

В течение IV в. х. / X в. н.э. некоторые учёные, жившие на западе мусульманского мира, стали создавать сокращённые версии комментариев традиционалистов. В числе такого рода сочинений можно упомянуть сокращение тафсира Баки б. Мухаллида, выполненное ‘Абдаллахом б. Хунайном Куллаби (ум. 318 г. х. / 930 г. н.э.; Дауди 1, с. 234) и ‘Абдаллахом б. Мухаммадом б. Ахи Рафи‘ (ум. 318 г.х.; Там же, т. 1, с. 253), а также сокращение тафсира Йахйи б. Салама Ибн Аби Замнином (ум. 399 г. х. / 1008—1009 г. н.э.; см.: настоящая Энциклопедия 2, с. 658) и ‘Абд ар-Рахманом б. Марваном Канази‘и (ум. 413 г. х. / 1022 г. н.э.; Ибн Фархун 1, с. 152).

В настоящее время не сохранилось ни одного образца перевода какого-либо комментария. Нам известно лишь о своего рода переводе Тафсира Табари на персидский язык, известном как «Перевод Тафсира Табари». Этот перевод был выполнен в Мавераннахре по приказу Мансура б. Нуха Самани (правил 350—366 гг. х. / 961—977 г. н.э.) при участии таких учёных, как Абу Бакр б. Хамид, Халил б. Ахмад Сиджистани из Бухары, Абу Джа‘фар Мухаммад б. ‘Али Балхи, Хасан б. ‘Али Мандуси и Абу-л-Джахм Халид б. Хани из различных областей Хорасана (см.: настоящая Энциклопедия, «Переводы Корана»). Степень отличия этого перевода от оригинального текста такова, что иногда исследователи считают его самостоятельным текстом (см.: Азарнуш 1, с. 49 и далее).

6. Экзегетика ахбаритов

В первые века ислама появилась прослойка учёных, занимавшихся собиранием и передачей хабаров предшествующих поколений и потому ставших известными под именем ахбаритов. В настоящее время их неосмотрительно причисляют к историкам. Ахбариты, как и другие учёные, в эпоху составления научных трудов также в большей или меньшей степени уделяли внимание толкованию Корана. Сфера деятельности ахбаритов сближала их, с одной стороны, с учёными-филологами, а с другой стороны — с традиционалистами, хотя последние всегда смотрели на ахбаритов с сомнением. Это обстоятельство послужило причиной того, что после победы традиционалистов в кругах, занимающихся передачей предания, ахбаритские комментарии были вытеснены на периферию и перестали считаться надёжными.

В образцах, относящихся ко II в. х. / VIII в. н.э., можно выделить монографии, в которых принималась во внимание связь экзегетики с историческими событиями. Здесь необходимо указать на книгу с названием Тафсир ал-Ай аллази назала фи аквам би а‘йанихим [Толкование айатов, низведённых народам в качестве знамений] (Ибн ан-Надим, с. 37), написанную куфийским ахбаритом Хишамом б. Мухаммадом Кальби (ум. 206 г. х. / 821—822 г. н.э.).

Плодами трудов ахбаритов на поприще экзегетики в III в. х. / IX в. н.э. стали также сочинения с общими названиями Тафсир или Ма‘ани ал-Кур’ан, среди которых можно упомянуть Ма‘ани ал-Кур’ан ‘Умара б. Бакира (ум. 270 г. х. / 883—884 г. н.э.; Там же, с. 119) и Тафсир ал-Кур’ан Ибрахима б. Мухаммада Сакафи (ум. 283 г. х. / 896 г. н.э.; Туси. ал-Фихрист, с. 5; Наджаши, с. 18). ‘Абд ал-‘Азиз б. Йахйа Джалуди (ум. 332 г. х. / 943—944 г. н.э.) в своих монографиях занимался собиранием экзегетических хабаров, переданных от асхабов и шиитских имамов (мир им!) (Там же, с. 241—242). В целом представляется, что умеренный стиль в области мусульманской экзегетической литературы сформировался не в ахбаритской среде.

7. Предпосылки для суфийской экзегетики

Несмотря на то что авторами ряда сохранившихся комментариев II в. х. / VIII в. н.э., например, Тафсира Суфйана Саури, были люди, получившие известность как зачинатели течения мусульманского мистицизма (тасаввуф), в упомянутом столетии трудно указать комментарий, который уверенно можно было бы поместить в ряду суфийских тафсиров. Однако с середины III в. х. / IX в. н.э. суфийские комментарии утвердились в качестве отдельного направления мусульманской экзегетики и в последующие века традиция их составления устойчиво сохранялась.

Суфийские комментарии III—IV вв. х. / IX—X вв. н.э. можно разделить на две основные группы: 1) комментарии, по стилю близкие тафсирам традиционалистов и активно использующие хадисы, высказывания асхабов и их последователей; 2) экзегетические сочинения, авторы которых, главным образом, стремились извлекать из Корана иносказания и таинственный смысл, полностью отстраняясь от преданий и наук, связанных с внешним смыслом Священной Книги.

Говоря о первой группе, необходимо указать на сочинения, большая часть которых возникла в басрийской и хорасанской среде. В их числе, прежде всего, стоит вспомнить Тафсир Сахля б. ‘Абдаллаха Тустари (ум. 283 г. х. / 896 г. н.э.), включающий в себя толкование всех сур Корана — при этом, комментировались только их отдельные айаты. Другим обладающим непреходящим значением памятником является Хака’ик ат-тафсир [Истины толкования] Абу ‘Абд ар-Рахмана Салами (ум. 412 г. х. / 1021 г. н.э.), сходный с тафсиром Тустари по охвату сур и принципу выбора айатов (о степени популярности см.: Джами, с. 316; Раудани, с. 216). В комментарии Тустари речь идёт как о внешнем, так и об иносказательном смысле, однако Салами сторонится внешнего смысла (см.: Тустари; Салами).

В упомянутом столетии суфиями были написаны и другие комментарии, к настоящему моменту не сохранившиеся, но в своё время оставившие заметный след. Это — Тафсир ал-Кур’ан Хакима Тирмизи (ум. 285 г. х. / 898 г. н.э.; Худжвири, с. 178), Тафсир-е кабир [Великий комментарий] Абу ‘Усмана Ахмада б. Мухаммада Хири Нишапури (ум. 353 г. х. / 964 г. н.э.; Дауди 1, с. 73; Эдирнави, с. 76) и Тафсир Ибрахима б. Ахмада Казвини (конец IV в. х. / X в. н.э.; Ибн Тавус. Са‘д, с. 70, 112).

В сохранившихся комментариях Тустари и Салами, а также комментарии Хакима Тирмизи, прочие сочинения которого хорошо известны, суфийские взгляды смешаны с методологией хадисоведов.

Из второй группы экзегетических сочинений, появившихся в упомянутые столетия, необходимо указать на Амсал ал-Кур’ан [Притчи в Коране] Джунайда Багдади (ум. 298 г. х. / 910—911 г. н.э.; Ибн ан-Надим, с. 238; об экзегетических высказываниях см., например: Сирадж, с. 31) и отдельные работы, посвящённые толкованию сур «Звезда» (ан-Наджм, № 53), «Рассеивающие» (аз-Зарийат, № 51) и «Очищение» (ал-Ихлас, № 112) Хусейна б. Мансура Халладжа (казнён в 309 г. х. / 922 г. н.э.; Ибн ан-Надим, с. 242—243). Следует отметить, что в тот период данный род сочинений ещё окончательно не сформировался. В связи с этой группой сочинений необходимо упомянуть ученика Джунайда Багдади Абу Бакра Васити, известного как Ибн Фаргани (ум. 326 г. х. / 938 г. н.э.), в словах которого можно найти элементы толкования иносказательных и таинственных мест Корана (см., например: Сирадж, с. 79 и др.). Комментарии, передаваемые от Ибн ‘Ата’, Абу-л-Хусейна Нури и Халладжа также включил в своё Хака’ик ат-тафсир Салами (см. упомянутый источник).

Китаб ал-лам‘ фи тасаввуф [Блестящая книга о тасаввуфе] Абу Насра ‘Абдаллаха б. ‘Али Сираджа Туси (ум. 378 г. х. / 988 г. н.э.), представляющая собой объяснение мистического учения, настолько изобилует экзегетическими воззрениями самого автора, что может восприниматься как своего рода тематический комментарий (см. Список источников).

8. Экзегетика различных религиозных течений и общин

II—IV вв. х. / VIII—X вв. н.э. являются периодом формирования в недрах мусульманского мира различных религиозных течений и общин. Естественно, некоторые последователи этих течений и общин писали в тех жанрах экзегетической литературы, которые рассматриваются в общей истории мусульманской экзегетики. Однако следует иметь в виду, что в некоторых течениях и общинах были созданы свои, особые жанры тафсира, которые в этой главе мы рассматриваем отдельно друг от друга.

8.1. Имамиты

О предыстории возникновения экзегетической литературы у имамитов в эпоху учеников последователей, а также усилиях таких учёных, как Джабир Даж‘фар и Абу Хамза Самали было сказано выше. В числе сподвижников имама Садика (мир ему!) необходимо указать на Мунхуля б. Джамиля Асади и его сочинение, посвящённое толкованию Корана (Наджаши, с. 421). Для конца столетия можно вспомнить комментарий Мухаммада б. ‘Али б. Аби Шу‘бы Халаби, одного из наиболее выдающихся имамитских деятелей своей эпохи (см.: Там же, с. 325). К этому сочинению следует добавить экзегетические тексты ‘Али б. Аби Хамзы Бата’ини, ‘Исы б. Давуда Наджжара, Вахиба б. Хафса Джарири и ‘Абдаллаха б. Ваддаха (Там же, с. 250, 294, 431; Туси. ал-Фихрист, с. 193).

В первой половине III в. х. / IX в. н.э. в имамитской экзегетической литературе наблюдается большее оживление, в ней оказываются задействованы самые различные религиозные круги. Свои комментарии создавали Хасан б. ‘Али б. Фаддал, Хасан б. Махбуб, ‘Али б. Асбат и Хасан б. ‘Али б. Аби Хамза в Куфе (Кеши, с. 552; Ибн ан-Надим, с. 276, 278; Туси. Там же, с. 47, 48; Наджаши, с. 252), Абу Талиб ‘Абдаллах б. Силлат, Мухаммад б. Уврама и Мухаммад б. Халид Барки в Куме (Там же, с. 217, 330, 335), а также ‘Али б. Махзийар и Хусейн б. Са‘ид в Ахвазе (Ибн ан-Надим, с. 277; Туси. Там же, с. 58; Наджаши, с. 58, 253).

Во второй половине упомянутого столетия составлением комментариев занималось две группы учёных: 1) группа хадисоведов, далёких от центральных кружков имамитского хадисоведения; 2) учёные, близкие к богословскому кругу последователей Хишама б. Хакама.

В первой группе, прежде всего, следует назвать Ахмада б. Мухаммада б. Халида Барки (ум. 274 г. х. / 887 г. н.э.), работавшего над завершением комментария своего отца (Туси. Там же, с. 21) и изгнанного из кружков, в которых преобладало хадисоведение. Помимо Барки необходимо отметить автора Джавами‘ ат-тафсир [Собрание комментариев] Мусу б. Исма‘ила б. Мусу б. Джа‘фара (мир ему!), возможно, жившего в Самарре (Там же, с. 163; Наджаши, с. 410), а также автора комментария Му‘алла б. Мухаммада Басри, второстепенного басрийского мухаддиса (Там же, с. 418). Единственным сохранившимся сочинением, принадлежащим данной группе учёных, является Тафсир Фарата б. Ибрахима Куфи — старейший из имамитских комментариев. Его автором является малоизвестный хадисовед, имя которого в каталогах и биографических справочниках предано забвению. Иснады, приводимые в его комментарии, показывают, что автор пользовался источниками, которые иногда отметались имамитскими мухаддисами, как крайние или слабые (см., например: с. 54, 56 и пр.).

Во второй группе следует назвать Мухаммада б. ‘Ису б. ‘Убайда Йактини и ‘Али б. Хасана б. Фаддаля — оба этих учёных из Куфы был близки к кружку Йунеса б. ‘Абд ар-Рахмана, ученика Хишама (см.: Туси. Там же, с. 92, 141). Не исключено, что Мухаммад б. ‘Аббас б. ‘Иса Куфи, автор Китаб ат-тафсир, тоже был выходцем из этого круга (Наджаши, с. 341).

Два имамитских сочинения, созданных в III в. х. / IX в. н.э. и обладающих непреходящим значением, являются плодом деятельности именно этой группы. Первое — Тафсир ‘Али б. Ибрахима Куми, сохранившийся в смешанной рукописи. Ибрахим принадлежал к сторонниками и приверженцам идей Хишама б. Хакама в Куме (см.: Туси. Там же, с. 89; Наджаши, с. 260). Второе — Тафсир Мухаммада б. Мас‘уда ‘Айаши, от которого сохранилась только первая половина. ‘Айаши — ученик Фазла б. Шазана, через которого он примыкает к школе Хишама б. Хакама (см.: настоящая Энциклопедия 4, с. 51).

Необходимо сказать, что во второй половине III в. х. / IX в. н.э. писались также частичные комментарии на отдельные суры или избранные джуз’ы. Здесь можно отметить комментарий на джуз’ ‘Ам Мухаммада б. ‘Али Сайрафи Карши (Наджаши, с. 332) и комментарий на суру «Мчащиеся» (ал-‘Адийат, № 100) ‘Абдаллаха б. Бахра б. Тайфура (цитаты: Фарат Куфи, с. 599—602).

В первой половине III в. х. / IX в. н.э. с усилением традиционалистских кругов Кума и Ирака интерес к экзегетике переместился в центральные кружки мухаддисов. В результате, такие учёные, как имамитский хадисовед Мухаммад б. ‘Аббас б. Джухам (ум. после 328 г. х. / 940 г. н.э.; см.: настоящая Энциклопедия 3, с. 216), а также выдающиеся хадисоведы из Кума ‘Али б. Бабуйе (ум. 329 г. х. / 941 г. н.э.), Мухаммад б. Хасан б. Валид (ум. 343 г. х. / 954 г. н.э.) и Ахмад б. Мухаммад б. Ду’ал (ум. 350 г. х. / 961 г. н.э.) занялись составлением комментариев (Ибн ан-Надим, с. 279; Туси. ал-Фихрист, с. 93, 156; Наджаши, с. 90, 261, 383). Списки Тафсира Ибн Худжама были в ходу в течение всех Средних веков, а в последние столетия он доступен в пространных цитатах у Шараф ад-Дина Астрабади (т. 1, с. 284, 290 и пр.).

Во второй половине IV в. х. / X в. н.э. экзегетика имамитских традиционалистов достигла своего апогея в трудах Мухаммада б. ‘Али б. Бабуйе Куми (ум. 381 г. х. / 991 г. н.э.) — помимо многотомного Тафсира он является автором небольших работ, посвящённых толкованию некоторых сур (см.: Туси. ал-Фихрист, с. 157; Наджаши, с. 391—392). В конце столетия ученик Бабуйе Абу-л-Хасан Мухаммад б. Касим Сайдалани составил толкование Корана (цитаты: Хаскани 1, с. 141, 257 и пр.).

Труды, созданные на основе преданий от имамов, например, Тафсир, приписываемый имаму Казиму (мир ему!) и неоднократно цитируемый Ибн Шахрашубом (Манакиб 3, с. 107 и далее), или Тафсир, приписываемый имаму Хасану ‘Аскари (мир ему!) и переданный Мухаммадом б. Касимом Муфассиром Астрабади, распространены в кругах имамитских традиционалистов по меньшей мере с начала IV в. х. / X в. н.э. вплоть до настоящего времени (см. Список источников). Кроме того, приобрёл известность посвящённый теоретическим вопросам экзегетики текст, имеющий название Тафсир ан-Ну‘мани, иногда целиком приписываемый имаму ‘Али (мир ему!) (см. Список источников). Все эти сочинения появились в упомянутую эпоху.

В IV в. х. / X в. н.э. за пределами традиционалистской среды создавались комментарии на базе иных подходов. Так, египетский учёный-имамит Мухаммад б. Ахмад Джа‘фи Сабуни (ум. 330 г. х. / 942 г. н.э.) написал работу Тафсир ма‘ани ал-Кур’ан ва тасмийат аснаф каламаху [Толкование смыслов Корана и наименование видов его богословия] на основе литературно-богословского подхода (Наджаши, с. 374), а учёный из Нишапура Ахмад б. Хасан Фалаки (ум. 384 г. х. / 994 г. н.э.) составил Тафсир на основе проповедническо-назидательного подхода (Ибн Шахрашуб. Ма‘алим, с. 23, Манакиб 1, с. 194 и др.; о других богословских тафсирах имамитов см. соответствующий параграф).

8.2. Зайдиты

О предыстории зайдитской экзегезы, а также комментариях, переданных от Зайда б. ‘Али и Абу-л-Джаруда, было сказано в главе, посвящённой эпохе учеников последователей. Однако в эпоху создания базовых сочинений зайдитские комментарии приобретают значительную пестроту. В качестве одной из самых ранних попыток следует указать на выдержанный в богословском стиле Тафсир Касима б. Ибрахима Раси (ум. 169 г. х. / 785—786 гг. н.э.), главы мединских зайдитов (о рукописях см.: Маделунг, с. 102; GAS I, p. 562). Тафсир Касима Раси был дополнен его сыном Мухаммадом Раси, затем его внуком, зайдитским имамом Йемена Йахйой б. Хусейном (ум. 298 г. х. / 910—911 г. н.э.), известным как Хади ила-л-Хакк («Ведущий к истине») (GAS I, p. 564), а после Йахйи его сыновьями Мухаммадом б. Йахйой ал-Муртаза ли дин Аллах (ум. 310 г. х. / 923 г. н.э.) и Ахмадом б. Йахйой ан-Насир ли дин Аллах (ум. 325 г. х. / 937 г. н.э.; GAS I, p. 568). От Насира сохранилось сочинение «Вопрос и ответ о толковании» (Хусейни. Му’аллифат 1, с. 302). Хади ила-л-Хакк, помимо упомянутого дополнения, приступил к составлению книги под названием Ма‘ани ал-Кур’ан (Эдирнави, с. 45), стиль которой был, несомненно, богословским.

Ещё одной попыткой зайдитов, результатом которой следует считать сочинение, отличное по стилю от прочих, был двухтомный комментарий Хасана б. ‘Али Насира Атруша (ум. 304 г. х. / 916—917 г. н.э.), ‘алавитского имама Табаристана. За свои литературные достоинства этот комментарий заслужил особое одобрение — для иллюстрации смысла Корана Насир привёл в нём около тысячи бейтов (см.: Зерекли 2, с. 200; Хусейни. Там же 1, с. 308).

Ещё одной разновидностью зайдитской экзегетики были хадисоведческие комментарии. Во второй половине II в.х. / VIII в. н.э. и первой половине III в. х. / IX в. н.э. некоторые учёные-традиционалисты, особенно в Куфе и Йемене, среди которых были Суфйан Саури, Ваки‘, ‘Абд ар-Раззак и Ибн Аби Шабих, считались зайдитами — об их экзегетических трудах сказано в настоящей главе (о тафсире Ибн Аби Шабиха см.: Ибн ан-Надим, с. 37, 285; Раудани, с. 171).

Во второй половине III в. х. / IX в. н.э. отличие зайдитов от прочих религиозных течений стало очевидней — теперь зайдитские рави уже больше не упоминаются в числе традиционалистов. Естественно, культура зайдитов стала более заметно проявляться в их литературе, в основном сосредоточенной на шиитском наследии. Среди учёных этого периода, занимавшихся написанием комментариев, необходимо назвать Хусейна б. Хакама Хибри (ум. 286 г. х. / 899 г. н.э.) и Мухаммада б. Мансура Муради (ум. 290 г. х. / 903 г. н.э.). Сочинение Хибри является старейшим полноценным зайдитским комментарием, основанным на предании, — этот труд сохранился до наших дней и, помимо самих зайдитов, используется представителями других религиозных течений (см., например: Фарат Куфи, с. 53, 77 и др.; Хаскани 1, с. 60, 66 и др.). Муради составил книгу под названием Тафсир-е кабир [Великий комментарий] (Ибн ан-Надим, с. 244), которая, учитывая выдающуюся роль её автора в деле сохранения и передачи зайдитского наследия, должна занимать важное место в зайдитской коранистике.

В III в. х. / IX в. н.э. шиитский учёный из Куфы Ахмад б. Сабих Асади также составил свой комментарий. По религиозным убеждениям зайдиты считали его своим, однако это отношение подвергалось сомнению некоторыми имамитскими учёными (Туси. ал-Фихрист, с. 23; Наджаши, с. 78). Следующий шаг был сделан тесно связанным с имамитами учёным-джарудитом из Куфы Абу-л-‘Аббасом б. ‘Укдой Хамадани (ум. 333 г. х. / 944 г. н.э.) — его труды пользовались вниманием как зайдитов, так и имамитов (см.: настоящая Энциклопедия 4, с. 320). В Йемене Хусейн б. Касим ‘Айани (ум. 404 г. х. / 1013—1014 г. н.э.), известный как Имам Махди, составил полный комментарий к Корану (Хусейни. Там же).

8.3. Мухаккимиты

Литературная деятельность в области экзегетики в среде мухаккимитов не получила серьёзного распространения. Из числа различных групп мухаккимитов только ибадиты, в силу близости своей идеологии к основной массе мусульман, проявляли относительный интерес к коранической экзегезе. В других мухаккимитских общинах только Йаман б. Ра’иб Хурасани, байхаситский учёный, тяготеющий к спекулятивному богословию (калам), во II в. х. / VIII в. н.э. составил сочинение, посвящённое экзегетике (Ибн Макула 4, с. 6).

Самой ранней известной попыткой создания комментария в ибадитской среде является небольшой, посвящённый толкованию Корана текст ибадитского имама Тахарта ‘Абд ар-Рахмана б. Рустама (ум. 171 г. х. / 787—788 г. н.э.) — рукописи этого сочинения сохранялись вплоть до недавних веков (см.: Шамахи 1, с. 167). В более раннюю эпоху ибадитский комментарий представлен объёмным, сохранившимся до наших дней тафсиром магрибинского учёного-ибадита Худа б. Мухкама Хавари (вторая половина III в. х. / IX в. н.э.).

Ахмад Пакетчи

О alquran.ru

О alquran.ru

Коран – главный источник ислама для всех мусульман. Эта священная книга разъясняет основы исламского вероучения, как то: вероубеждение (акыда), мораль (ахлак) и закон (ахкам). Понять Коран только через чтение невозможно, нужно еще правильное осмысление его терминологии и смыслов. Более тысячи лет мусульманские богословы работают над лучшим пониманием Корана. Плодом их стараний явились фундаментальные труды, значение которых трудно переоценить. В этой связи сайт www.alquran.ru предоставляет всем…
Подробнее ...

связаться с нами

2007